декодер | Расшифровать Россию
Центр восточноевропейских и международных исследований
Исследовательский центр Восточной Европы при Бременском университете
Архипелаг Крым
Мультимедийное досье

Речь Владимира Путина

Всегда ли Крым был русским? Должны ли европейцы принять присоединение Крыма? Как это все соотносится с воображаемой политикой сдерживания России?

источник: Обращение Президента Российской Федерации

Владимир Путин: Добрый день, уважаемые члены Совета Федерации, уважаемые депутаты Государственной Думы! Уважаемые представители Республики Крым и Севастополя — они здесь, среди нас, граждане России, жители Крыма и Севастополя!

Уважаемые друзья, сегодня мы собрались по вопросу, который имеет жизненно важное значение, историческое значение для всех нас. 16 марта в Крыму состоялся референдум, он прошел в полном соответствии с демократическими процедурами и международно-правовыми нормами.

Референдум проходил при таких обстоятельствах и условиях, что его нельзя назвать законным. Во-первых, референдум, как и все действия парламента и правительства Автономной Республики Крым, направленные на вывод полуострова из состава Украины, противоречит Конституции и законам Украины. Более того, референдум в принципе стал возможен только в результате военной интервенции, противоречащей международному праву. Так, например, решение о проведении референдума было принято Верховным Советом Автономной Республики Крым 27 февраля 2014 года на закрытом экстренном заседании, где присутствовали тяжеловооруженные представители иностранной службы безопасности. Незаконный референдум позднее неоднократно переносили на более ранний срок — тоже при непрозрачных обстоятельствах и без какого-либо общественно-политического обсуждения.  

Штеффен Халлинг

В голосовании приняло участие более 82% избирателей. Более 96% высказалось за воссоединение с Россией. Цифры предельно убедительные.

Признав референдум незаконным, ОБСЕ не посылала в Крым своих наблюдателей. Других независимых наблюдателей на полуострове во время референдума тоже не было. Таким образом, озвученные результаты голосования невозможно проверить. Между тем Совет по правам человека при Президенте РФ позднее оценил общую явку в 30–50%, и из них, по его оценкам, за присоединение Крыма к России проголосовало 50–60%. Крымские татары, составлявшие на тот момент около 12% населения Крыма, бойкотировали референдум.

Штеффен Халлинг

Чтобы понять, почему был сделан именно такой выбор, достаточно знать историю Крыма, знать, что значила и значит Россия для Крыма и Крым для России.

В Крыму буквально все пронизано нашей общей историей и гордостью. Здесь древний Херсонес, где принял крещение святой князь Владимир. Его духовный подвиг — обращение к православию — предопределил общую культурную, ценностную, цивилизационную основу, которая объединяет народы России, Украины и Белоруссии.

Принятие князем Владимиром христианства в 988 году и последовавшее за этим крещение Руси имеют для России, Белоруссии и Украины огромное символическое значение. После распада Советского Союза Русская православная церковь приложила большие усилия для того, чтобы противопоставить всем центробежным силам постсоветского времени объединяющую идею Святой Руси. Более того, крещение Руси стало краеугольным камнем исторической конструкции, над созданием которой с момента избрания в 2009 году патриарха Кирилла работают и церковь, и государство. Пафос единства — общая история, общая гордость, общая вера, общая культура, общие ценности — должен вытеснить все различное и многообразное, все непокорное и противоречивое на второй план. В другой речи, произнесенной в декабре 2014 года, Путин сравнил Крым в его «сакральном значении» с Храмовой горой в Иерусалиме. Киев, который в легендах о Святой Руси неоднократно назывался «священным местом», был таким образом противопоставлен Крыму и Херсонесу, не игравшим в прежней православной историографии значительной роли.

Регина Элснер

В Крыму — могилы русских солдат, мужеством которых Крым в 1783 году был взят под Российскую державу. Крым — это Севастополь, город-легенда, город великой судьбы, город-крепость и родина русского черноморского военного флота. Крым — это Балаклава и Керчь, Малахов курган и Сапун-гора. Каждое из этих мест свято для нас, это символы русской воинской славы и невиданной доблести.

Крым – это и уникальный сплав культур и традиций разных народов. И этим он так похож на большую Россию, где в течение веков не исчез, не растворился ни один этнос.

Многонациональность, обусловленная историей полуострова и влиянием на него различных народов и государств, действительно характерная черта Крыма. История этой многонациональности началась, однако, задолго до завоевания Крыма Российской империей в XVIII веке и продолжается до сих пор. Количество этнических групп, их размеры и взаимоотношения менялись с течением времени. Российская империя и Советский Союз (точнее, РСФСР) тоже были многонациональными государствами, этой традиции придерживается и современная Россия. Но в изображаемой президентом картине не учтены такие исторические факты, как депортации, программы переселений, переносы границ; оставлена без внимания и крайне избирательная национальная политика. Рассказ об общей многонациональной истории многоэтничного сплава призван убедить слушателей в легитимности и простоте беcпрепятственной интеграции полуострова в Российское государство.

Гвендолин Зассе

Русские и украинцы, крымские татары и представители других народов жили и трудились рядом на крымской земле, сохраняя свою самобытность, традиции, язык и веру.

Представленный здесь топос «дружба народов» — это клише, напоминающее советскую идеологию. Здесь он используется для того, чтобы мнимое право России на Крым приобрело историческое обоснование, а также чтобы пообещать населению Крыма стабильность и предупредить опасения крымских татар, ожидающих возможных новых репрессий. Тезис о сохранении всеми народами своей идентичности, традиций, языка и веры не просто транслирует идею мирного сосуществования, но и намекает на активное содействие власти этому многообразию. Между тем российская и советская история полна противоположных примеров. В частности, показательна история крымских татар, которые с XVIII века считались опасным и неблагонадежным народом. В 1944 году это привело к принудительной высылке с полуострова всего крымско-татарского населения. В местах депортации, особенно в Средней Азии, крымские татары десятилетиями сохраняли свою идентичность, а после распада Советского Союза, вернувшись в Крым, заявили о своих культурно-политических правах.

Гвендолин Зассе

Кстати, сегодня из 2 миллионов 200 тысяч жителей Крымского полуострова – почти полтора миллиона русских, 350 тысяч украинцев, которые преимущественно считают русский язык своим родным языком, и порядка 290–300 тысяч крымских татар, значительная часть которых, как показал референдум, также ориентируются на Россию.

Подавляющее большинство крымских татар относится к аннексии c недоверием. Это хорошо показали, например, демонстрации, на которых крымские татары требовали остаться в составе Украины. Об электоральном поведении крымских татар на референдуме, не признанном международным сообществом, нет достоверных данных. Пророссийский премьер Сергей Аксенов, назначенный в феврале 2014 года, утверждал, что явка крымских татар составила 40 процентов. Крымско-татарские представители, напротив, заявляли, что 99 процентов крымских татар откликнулись на призыв к бойкоту и не пошли голосовать. Проверить эти цифры невозможно, но даже судя по данным Аксенова, большинство крымских татар не принимали участие в голосовании. Так называемый референдум не дает никаких оснований сделать вывод о том, что значительная часть крымских татар ориентируется на Россию.

Ульрих Хофмaйстер

Да, был период, когда к крымским татарам, так же как и к некоторым другим народам СССР, была проявлена жестокая несправедливость. Скажу одно: от репрессий тогда пострадали многие миллионы людей разных национальностей, и прежде всего, конечно, русских людей.

Здесь Путин имеет в виду, среди прочего, май 1944 года. Под предлогом сотрудничества с немецко-нацистскими захватчиками практически все крымско-татарское население было депортировано с полуострова в Среднюю Азию. Общее число высланных составило приблизительно 190.000 человек. Во время Второй мировой войны крымские татары разделили эту участь со многими другими этническими меньшинствами – например, с немцами и чеченами. Представлять дело так, будто от репрессий прежде всего пострадали русские, значит грубо искажать исторические факты. Русский народ не подвергался преследованиям на этнической почве.

Ульрих Хофмайстер

Крымские татары вернулись на свою землю. Считаю, что должны быть приняты все необходимые политические, законодательные решения, которые завершат процесс реабилитации крымско-татарского народа, решения, которые восстановят их права, доброе имя в полном объеме.

В отличие от большинства других депортированных этнических меньшинств, крымским татарам и после смерти Сталина нельзя было возвращаться на родину. Лишь после распада СССР многие из них получили законную возможность вернуться в Крым. В независимой Украине крымские татары пользовались известной симпатией со стороны правительства, однако местное начальство – как правило, этнически русское, – нередко мешало возвратившимся крымским татарам. На протяжении десятилетий многие из них жили во временных лагерях, лишенные правовых гарантий. И аннексия мало что изменила – по данным ООН, крымские татары начиная с 2014 года страдали от заметного ухудшения ситуации с правами человека.

Ульрих Хофмайстер

Мы с уважением относимся к представителям всех национальностей, проживающих в Крыму. Это их общий дом, их малая Родина, и будет правильно, если в Крыму – я знаю, что крымчане это поддерживают, – будет три равноправных государственных языка: русский, украинский и крымско-татарский.

Признание крымско-татарского как равноправного государственного языка в Крыму имеет, главным образом, символическое значение, но это означает, что выполнено требование, которое крымские татары предъявляли в течение долгих лет. В то время как украиноязычные образовательные учреждения почти целиком перешли на русский, 15 крымско-татарских школ продолжают вести занятия на национальном языке. Правда, в последних двух классах (как требуется в России) уроки идут по-русски. В основном, Москва старается наладить сотрудничество с многочисленными этнически нерусскими меньшинствами, живущими в государстве, и признает за ними права, имеющие важное символическое значение, – но это возможно лишь при условии полной лояльности. Меджлис, главный представительный орган крымско-татарского народа, всегда высказывался против присоединения Крыма к России. В 2016 году он был признан «экстремистской организацией» и запрещен. Руководящих представителей Меджлиса стали лишать разрешения на въезд и арестовывать. Еще раньше российская администрация начала формировать альтернативные крымско-татарские организации, готовые к сотрудничеству с властью.

Ульрих Хофмaйстер

Уважаемые коллеги! В сердце, в сознании людей Крым всегда был и остаётся неотъемлемой частью России.

Последняя фраза содержит центральную идею официального российского дискурса, ведущегося под лозунгом «Крым наш». Речь обращается к эмоциям присутствующих, всего российского населения и «русского мира». Якобы непрерывная историческая связь стоит здесь на первом плане. Такая аргументация игнорирует многовековое господство крымских татар и, вернее сказать, Османской империи, по умолчанию ставя знак равенства между Российской Империей, Советским Союзом и Российской Федерацией. Также игнорируется переход Крыма из состава РСФСР в состав Украинской ССР в 1954 году, а также существование Крыма с 1991 года в составе независимой Украины. За независимость Украины и, тем самым, за вхождение в состав украинского государства проголосовало в 1991 году чуть более 54% крымчан (около 90% жителей, имеющих право голосовать, приняли участие в референдуме; 42% высказались против независимости Украины).

Гвендолин Зассе

Эта убежденность, основанная на правде и справедливости, была непоколебимой, передавалась из поколения в поколение, перед ней были бессильны и время, и обстоятельства, бессильны все драматические перемены, которые мы переживали, переживала наша страна в течение всего ХХ века.

После революции большевики по разным соображениям, пусть Бог им будет судья, включили в состав Украинской союзной республики значительные территории исторического юга России. Это было сделано без учета национального состава жителей, и сегодня это современный юго-восток Украины.

А в 1954 году последовало решение о передаче в её состав и Крымской области, заодно передали и Севастополь, хотя он был тогда союзного подчинения. Инициатором был лично глава Коммунистической партии Советского Союза Хрущёв. Что им двигало – стремление заручиться поддержкой украинской номенклатуры или загладить свою вину за организацию массовых репрессий на Украине в 30-е годы – пусть с этим разбираются историки.

Такая трактовка перехода Крыма из состава Российской в состав Украинской ССР в 1954 году внушает слушателям идею нелегитимности, незаконности передачи, представляя ее как личную, ничем не объяснимую инициативу Хрущева. Создается впечатление, что интерпретация тогдашних мотивов и событий не имеет прямого политического посыла. Из ныне доступных архивных материалов следует, что решение о передаче Крыма было очень быстро принято в начале 1954 года (хотя Хрущев подавал эту идею Сталину еще в 1940-х годах) по конституционной процедуре в сокращенной форме: в частности, оно было оформлено не указом Верховного Совета СССР, а указами Президиума Верховного Совета СССР, затем Президиума Верховного Совета РСФСР и, наконец, Президиума Верховного Совета Украинской ССР.

Властные соображения Хрущева, на которые намекает Путин, действительно могли служить мотивом в период коллективного руководства страной после смерти Сталина. Убедительные экономико-административные соображения в речи Путина не названы, хотя в сообщениях о поездке Хрущева в Крым в 1953 году сохранились соответствующие свидетельства.

Гвендолин Зассе

Для нас важно другое: это решение было принято с очевидными нарушениями действовавших даже тогда конституционных норм. <…> Но по большому счету… это решение воспринималось как некая формальность, ведь территории передавались в рамках одной большой страны. Тогда просто невозможно было представить, что Украина и Россия могут быть не вместе, могут быть разными государствами. <…>

То, что казалось невероятным, к сожалению, стало реальностью. СССР распался. <…> И когда Крым вдруг оказался уже в другом государстве, вот тогда уже Россия почувствовала, что ее даже не просто обокрали, а ограбили.

Еще в апреле 2005 года Владимир Путин в своем послании Федеральному Собранию назвал распад Советского Союза «крупнейшей геополитической катастрофой XX века». Не раз он сожалел о распаде и в последующие годы. Так, в 2016 году президент подчеркнул, что развал был «необязательным»: вместо него в СССР можно было провести преобразования, в том числе и демократического характера.

Антон Химмельшпах

Вместе с тем надо тоже откровенно признать, что и сама Россия, запустив парад суверенитетов, способствовала развалу Советского Союза, а при оформлении распада СССР забыли и про Крым, и про главную базу Черноморского флота — Севастополь.

Миллионы русских легли спать в одной стране, а проснулись за границей, в одночасье оказались национальными меньшинствами в бывших союзных республиках, а русский народ стал одним из самых больших, если не сказать, самым большим разделённым народом в мире.

Здесь Путин имеет в виду распад Советского Союза и тот факт, что новые международные границы превратили многонациональную империю в национальные государства, лишенные этнической однородности. Но как в государствах — республиках бывшего СССР живет много русских, так и на территории РФ проживает множество национальных меньшинств. Риторика «разделенного народа» предполагает, что народ в принципе неделим, то есть должен жить в одном государстве. Однако в Советском Союзе и Восточной Европе это было возможно лишь ценой переселений и насильственного изменения границ. Но это не создаст «неделимых» народов, а лишь приведет к новым разделам. Получается, что стоит говорить не о преодолении таких разделов, а о совместном сосуществовании с другими на основах демократии и справедливости — как для меньшинства, так и для большинства.

Томас Бремер

Сегодня, спустя уже много лет, я слышал, как крымчане, совсем недавно, говорят, что тогда, в 1991 году, их передали из рук в руки просто как мешок картошки. Трудно с этим не согласиться. Российское государство, что же оно? Ну что, Россия? Опустила голову и смирилась, проглотила эту обиду. Наша страна находилась тогда в таком тяжёлом состоянии, что просто не могла реально защитить свои интересы.

1990-е годы при Ельцине многие люди в России до сих пор вспоминают как не самый лучший период в истории страны. После распада СССР постсоветское российское общество погрузилось в пучину хаоса и преступности; приватизация предприятий создала настоящее поле битвы, на котором разбойничали беспринципные олигархи. Росло социальное нeравенство, наступала бедность. В то же время 1990-е годы символизируют эпоху общественного подъема, свободы и надежд на будущее, ориентированное на западные стандарты. Эти годы запомнились как «лихие 90-е». Близкие к государству СМИ противопоставляют им славные 2000-е — десятилетие заслуг Путина, который «поднял страну с колен». В 2012 году патриарх Кирилл сравнил 1990-е годы с «гитлеровской агрессией» и «смутным временем» начала XVII века. Конец этого периода он также прославлял как заслугу Путина, сравнив его президентство с «чудом Божьим».

Антон Химмельшпах

Но люди не могли смириться с вопиющей исторической несправедливостью. Все эти годы и граждане, и многие общественные деятели неоднократно поднимали эту тему, говорили, что Крым – это исконно русская земля, а Севастополь – русский город. Да, всё это мы хорошо понимали, чувствовали и сердцем, и душой, но надо было исходить из сложившихся реалий и уже на новой базе строить добрососедские отношения с независимой Украиной. <…>

Раз за разом [в Украине] предпринимались попытки лишить русских исторической памяти, а подчас и родного языка, сделать объектом принудительной ассимиляции.

Спустя два дня после бегства Януковича украинская Верховная Рада с небольшим перевесом голосов отменила спорный закон о языковой политике. Согласно этому закону, во всех регионах, где украинский является неродным по меньшей мере для 10% населения, язык соответствующих меньшинств разрешалось использовать в качестве регионального языка. Закон был принят в 2012 году. После его вступления в силу русский язык — равно как, скажем, венгерский или румынский, — получил официальный статус регионального языка. Впрочем, заметного влияния на повседневную жизнь закон не оказал. Решение Верховной Рады об отмене закона, принятое 23 февраля 2014 года, подверглось критике со стороны Европейского Совета и ОБСЕ. Временно исполнявший обязанности президента г-н Турчинов отказался подписать решение об отмене, сославшись на необходимость сначала выработать новую законодательную базу.

Штеффен Халлинг

И конечно, русские, как и другие граждане Украины, страдали от постоянного политического и государственного перманентного кризиса, который сотрясает Украину уже более 20 лет.

Распространяемый Кремлевской пропагандой нарратив охотно противопоставляет «постоянный политический кризис» в Украине «российской стабильности». Этот нарратив существует по меньшей мере со времен «Оранжевой революции», когда в 2004/2005 годах в Украине из-за фальсификаций на выборах начались массовые выступления против пророссийского кандидата Виктора Януковича. Гражданские протесты в рамках этого нарратива всегда представлены в отрицательном свете и дискредитируются, особенно в случае Украины, как «западное влияние». Кроме того, нарратив служит оправданием «сильной руки», якобы необходимой для управления Россией. Политическая конкуренция, существовавшая в России в кризисные 1990-е годы, оценивается при этом в негативном ключе.

Штеффен Халлинг

<…>

Повторю, хорошо понимаю тех, кто с мирными лозунгами вышел на майдан, выступая против коррупции, неэффективного госуправления, бедности. Права на мирный протест, демократические процедуры, выборы для того и существуют, чтобы менять власть, которая не устраивает людей.

Протесты Евромайдана действительно со временем радикализировались, что наверняка в значительной мере способствовало достижению результата — отстранению от власти украинского президента Виктора Януковича. Праворадикальные силы, хоть и составляя очевидное меньшинство, в гораздо большей степени применяли насилие. Однако этой радикализации предшествовало неоправданно чрезмерное применение силы полицией. Кроме того, 16 января 2014 года украинская Верховная Рада значительно ужесточила законодательство относительно права на свободу собраний. Таким образом, «право на мирный протест», о котором говорит Путин, фактически и юридически частично приостановлено.

Кроме того, Путин подразумевает также и внутриполитическую ситуацию в России, предполагая, что любой революционный переворот, даже демократически обусловленный, повлечет за собой хаос, насилие и господство беззакония. Этот пассаж может читаться как обращенный к соотечественникам, ведь менее двух лет назад по всей России прошли десятитысячные протесты против фальсификаций на выборах. На этом фоне фраза Путина о «демократических процедурах», существующих для мирной смены политической власти, звучит крайне цинично. Хотя «право на мирный протест» в России формально и существует, власти регулярно не разрешают проводить заявленные митинги и демонстрации.

Ян Матти Долльбаум

Но те, кто стоял за последними событиями на Украине, преследовали другие цели: они готовили государственный переворот очередной, планировали захватить власть, не останавливаясь ни перед чем. В ход были пущены и террор, и убийства, и погромы. Главными исполнителями переворота стали националисты, неонацисты, русофобы и антисемиты. Именно они во многом определяют и сегодня ещё до сих пор жизнь на Украине.

Российские окологосударственные СМИ с самого начала демонизировали гражданские протесты в Украине зимой 2013/2014 годов как «националистические» и «фашистские». В официальной российской трактовке событий и поныне сознательно игнорируется тот факт, что Евромайдан являлся неоднородным движением, которое хоть и радикализовалось в результате репрессий и насилия, но в нем никогда не преобладали неонацисты, русофобы и антисемиты. Напротив, многочисленные свидетельства подтверждают, что Майдан отличался конфессиональным, этническим и языковым многообразием. Даже на волне аннексии Крыма и начала войны на востоке Украины правоэкстремистские партии не смогли добиться на досрочных парламентских выборах в октябре 2014 года хоть сколько-нибудь значимого успеха.

Штеффен Халлинг

<…>

Тем, кто сопротивлялся путчу, сразу начали грозить репрессиями и карательными операциями. И первым на очереди был, конечно, Крым, русскоязычный Крым.

Бегство и отстранение Виктора Януковича от власти в рамках кремлевского нарратива именуется путчем, то есть незаконным и нелегитимным государственным переворотом. Сознательно упускается из виду, что Янукович еще до своего бегства потерял доверие украинской руководящей верхушки и правящей партии. Угроза, нависшая после смены власти над русскоязычными жителями Крыма, — это еще один центральный элемент российской государственной пропаганды. На Донбассе и в Крыму ходили слухи, что из Киева надвигаются праворадикальные группировки, чтобы «поставить русскоязычных на колени». При этом никаких признаков нападений или других агрессивных действий в адрес на русскоязычных жителей Украины никогда не наблюдалось.

Штеффен Халлинг

В связи с этим жители Крыма и Севастополя обратились к России с призывом защитить их права и саму жизнь, не допустить того, что происходило, да и сейчас еще происходит и в Киеве, и в Донецке, в Харькове, в некоторых других городах Украины.

Этот пассаж внушает мысль о том, что большинство крымского населения в 2014 году активно просило Москву о помощи. Это не так, в 2013–2014 годах на Крымском полуострове не было сепаратистских устремлений. Подобное региональное движение действовало в начале 90-х, кульминацией его деятельности в 1994 году стала попытка объявить независимость или, по крайней мере, широкую автономию Крымского полуострова. Движение не встретило поддержки у тогдашнего российского руководства и в конце концов сошло на нет из-за разницы в интересах и признания слабости условно автономного статуса в процессе формирования украинской Конституции. До 2013–2014 годов Крым был стабильной частью украинского Юго-Востока и, соответственно, политической системы Украины. Несмотря на то, что за несколько дней до появления в Крыму российских спецподразделений, в Севастополе состоялась демонстрация против киевских «путчистов», последовательность ключевых февральских событий в Крыму в реальности была совершенно иной, по сравнению с пересказом Путина. Импульс пришел из Москвы: российские военные без опознавательных знаков появились в Крыму, обеспечив предпосылки для проведения «референдума» и включения Крыма в состав российского государства. Хотя Москва извлекала пользу из подспудных пророссийских настроений в Крыму и политической сдержанности по отношению к Киеву, эти обстоятельства не приводили к широкой мобилизации до тех пор, пока в Крыму не появился российский спецназ. Рисуемый здесь образ России, идущей на помощь обездоленным крымчанам, весьма популярен как в России, так и за ее пределами.

Гвендолин Зассе

Разумеется, мы не могли не откликнуться на эту просьбу, не могли оставить Крым и его жителей в беде, иначе это было бы просто предательством.

Присоединяя Крым, Кремль опирался на аргумент о необходимости защитить этнических русских от украинской «агрессии». Похожим образом оправдывалось и российское вторжение во время Грузинской войны 2008 года, ведь речь шла о защите абхазов и южных осетин, начиная с 2002 года систематически получавших российские паспорта. При этом идея «защиты» связана, кроме прочего, с формулой «сбережения народа» — рецепт, принадлежащий Александру Солженицыну, который видел в нем потенциал для новой «национальной идеи». Государство, согласно этому рецепту, обязана заботиться о народе. Владимир Путин одобряет такое определение «национальной идеи»: в своем послании к Федеральному Собранию 2019 года он говорил о том, что сбережение народа — ключевая политическая задача.

Антон Химмельшспах

Прежде всего нужно было помочь создать условия для мирного, свободного волеизъявления, чтобы крымчане могли сами определить свою судьбу первый раз в истории. Однако что же мы слышим сегодня от наших коллег из Западной Европы, из Северной Америки? Нам говорят, что мы нарушаем нормы международного права. Во-первых, хорошо, что они хоть вспомнили о том, что существует международное право, и на том спасибо, лучше поздно, чем никогда.

И, во-вторых, самое главное: что же мы якобы нарушаем? Да, Президент Российской Федерации получил от верхней палаты парламента право использовать вооруженные силы на Украине. Но этим правом, строго говоря, пока даже не воспользовался. Вооружеенные силы России не входили в Крым, они там уже и так находились в соответствии с международным договором. Да, мы усилили нашу группировку, но при этом — хочу это подчеркнуть, чтобы все знали и слышали, — мы даже не превысили предельной штатной численности наших вооруженных сил в Крыму, а она предусмотрена в объеме 25 тысяч человек, в этом просто не было необходимости.

Далее. Объявляя о своей независимости, назначая референдум, Верховный Совет Крыма сослался на Устав Организации Объединенных Наций, в котором говорится о праве нации на самоопределение. Кстати, и сама Украина, я хочу это напомнить, объявляя о выходе из СССР, сделала то же самое, почти текстуально то же самое. На Украине воспользовались этим правом, а крымчанам в нем отказывают. Почему?

Устав ООН (статья 1, параграф 2) ссылается на принцип самоопределения народов как одну из целей Организации Объединенных Наций. Этот принцип дает, например, народам, живущим под колониальным господством, право на национальную независимость. Но помимо колониального контекста, он не обеспечивает регионы и группировки внутри государства общим правом на отделение. Этот принцип лишь требует, чтобы внутри государства была обеспечена реализация самоопределения народов. Согласно Украинской Конституции (статьи 134–139), Крым является автономной республикой и потому обладает автономным статусом. О сфере применения прав на автономию всегда можно спорить. Но в любом случае, принцип самоопределения народов не дает Крыму право на независимость от Украины.

Кроме того, крымская ситуация (2014) и обретение Украиной независимости от СССР (1991) относятся к совершенно разным сферам международного права. Прекращение существования СССР и получение республиками независимости в декабре 1991 года происходило по взаимному согласию, что нашло выражение в Беловежском соглашении (8 декабря 1991 года) и Алма-Атинской декларации (8 декабря 1991 года). Украина, напротив, никогда не заявляла о своем согласии на отделение Крыма.

Кристиан Марксен

Кроме того, крымские власти опирались и на известный косовский прецедент, прецедент, который наши западные партнеры создали сами, что называется, своими собственными руками, в ситуации, абсолютно аналогичной крымской, признали отделение Косово от Сербии легитимным, доказывая всем, что никакого разрешения центральных властей страны для одностороннего объявления независимости не требуется.

Парламент Косово объявил о независимости края в 2008 году, после чего многие (в частности западные) страны признали эту независимость. Это признание действительно противоречит нормам международного права, являясь по нормам международного права вмешательством во внутренние дела Сербии. Ведь Совет Безопасности ООН в своей резолюции 1244 от 10 июня 1999 года высказался за территориальную целостность Югославии.

Но есть существенная разница между Косово и Крымом в том, что Российская Федерация опиралась на применение силы в нарушение принципов международного права. В Косово во время вторжения НАТО в 1999 году тоже применялась сила и тоже было нарушено международное право. Но с тех пор прошло почти десять лет, в Косово по мандату ООН действовала переходная администрация. Так что эти два случая заметно различны.

Слова Путина о том, что Международный суд ООН в своем консультативном заключении по провозглашению независимости Косово (advisory opinion) признал независимость Косово правомерной, не соответствуют действительности. Международный суд проанализировал лишь само заявление о провозглашении независимости и пришел к выводу, что оно не нарушает принципов международного права. Иными словами, международное право не запрещает негосударственным акторам провозглашать независимое государство. Вопрос о том, возникает ли затем действительное государство и существует ли право на отделение, остался без ответа.Таким образом, консультативное заключение Международного суда вовсе не подкрепляет позицию России.

Кристиан Марксен

 <…>

От тех же Соединенных Штатов и Европы мы слышим, что Косово — это, мол, опять какой-то особый случай. В чем же, по мнению наших коллег, заключается его исключительность? Оказывается, в том, что в ходе конфликта в Косово было много человеческих жертв. Это что — юридически правовой аргумент, что ли?

Фраза Путина содержит налет угрозы, но и в самом деле затрагивает проблему практики юридических пояснений. Западные страны действительно приводили доводы о том, что Косово — это особый прецедент, требующий и особых правовых решений. Уже вторжение в Косово в 1999 году, нарушившее нормы международного права, оправдывалось ссылкой на особые обстоятельства и гуманитарный кризис. Признание Косово объяснялось особыми обстоятельствами данного прецедента и провалом попыток договориться, из-за чего создавалось впечатление, что существование Косово в составе Сербии в долгосрочной перспективе невозможно.

Аргументация за счет исключительных прецедентов проблематична, так как тем самым подрывается универсальность существующих правовых норм. Кто претендует на исключение, тот приглашает других международных акторов в свою очередь заявить об особых правах. Действия Запада в случае Косово расшатали международное право и, по меньшей мере, облегчили России возможность объяснять вопиющие нарушения международного права в случае Крыма ссылками на предшествующую (хоть и не имеющую отношения к делу) практику. А то, что случаи Крыма и Косово в деталях явно различны, при поверхностном обзоре этих случаев в политической речи можно легко обойти.

Кристиан Марксен

<…> И потом, знаете, это даже уже не двойные стандарты. Это какой‑то удивительный примитивный и прямолинейный цинизм. Нельзя же все так грубо подверстывать под свои интересы, один и тот же предмет сегодня называть белым, а завтра – черным. Получается, нужно доводить любой конфликт до человеческих жертв, что ли?

<…>

Нам говорят о какой-то российской интервенции в Крыму, об агрессии. Странно это слышать. Что-то не припомню из истории ни одного случая, чтобы интервенция проходила без одного-единственного выстрела и без человеческих жертв.

Уважаемые коллеги! В ситуации вокруг Украины как в зеркале отразилось то, что происходит сейчас, да и происходило на протяжении последних десятилетий, в мире. После исчезновения биполярной системы на планете не стало больше стабильности.

С точки зрения московских элит, конфликт вокруг Украины и Крыма — это конфликт с Америкой. Путинские слова об исчезновении биполярного мира связаны с представлением, что период гегемонии США отмечен ростом нестабильности в мире. Если биполярный порядок, построенный на превосходстве двух сверхдержав, нес стабильность и предсказуемость, стремление к единоличному господству США не только посеял хаос, но и оспорил у России подобающее ей место сверхдержавы. Аннексия Крыма была ясным сигналом Москвы Вашингтону, что пора положить конец превосходству Америки и что Россия готова отстаивать свои сферы влияния, в том числе и военным путем. Российское руководство исходит из того, что многополярный мир потеряет в стабильности, зато Россия вновь будет играть ведущую скрипку в «концерте» великих держав. Описывает ли этот неореалистический взгляд, мыслящий зонами влияния крупных государств, специфику нового миропорядка — вопрос спорный. Растущую роль в международных отношениях играют не только Китай и Индия, но и негосударственные акторы и небольшие страны.

Штефан Майстер

Ключевые и международные институты не укрепляются, а часто, к сожалению, деградируют. Наши западные партнеры во главе с Соединенными Штатами Америки предпочитают в своей практической политике руководствоваться не международным правом, а правом сильного. Они уверовали в свою избранность и исключительность, в то, что им позволено решать судьбы мира, что правы могут быть всегда только они. Они действуют так, как им заблагорассудится: то тут, то там применяют силу против суверенных государств, выстраивают коалиции по принципу «кто не с нами, тот против нас».

Чтобы придать агрессии видимость законности, выбивают нужные резолюции из международных организаций, а если по каким-то причинам этого не получается, вовсе игнорируют и Совет Безопасности ООН, и ООН в целом.

В самом деле, нельзя отмахнуться от того факта, что США и их союзники в прошлом нарушали международное право. В качестве примеров можно привести вторжение в Косово 1999 года (которое многие, несмотря на его незаконность, оценивают как легитимное), вторжение в Ирак 2003 года и, наконец, признание независимости Косова в 2008 году. Интервенция в Ливию (2011) была санкционирована резолюцией Совета безопасности ООН 1973 года, но многое говорит о том, что коалиция НАТО вышла за пределы буквы резолюции, сместив правительство Каддафи и спровоцировав смену режима, которой Россия с самого начала сопротивлялась. Однако с точки зрения международного права эти события никоим образом не могут служить  оправданием вопиющего нарушения принципов международного права, которое допустила Россия, введя в Крым военную силу. Конфликт между Россией и Западом показывает опасность недальновидного и ситуативно-инструментального подхода к международному праву, порождающего общую тягу к несоблюдению его принципов.

Кристиан Марксен

 <…>

Была и целая череда управляемых «цветных» революций. Понятно, что люди в тех странах, где были эти события, устали от тирании, от нищеты, от отсутствия перспектив, но эти чувства просто цинично использовались. Этим странам навязывались стандарты, которые никак не соответствовали ни образу их жизни, ни традициям, ни культуре этих народов. В результате вместо демократии и свободы – хаос, вспышки насилия, череда переворотов. «Арабская весна» сменилась «арабской зимой».

Владимир Путин представляет «цветные революции», то есть политические протесты, приведшие к смене власти в Грузии, Киргизии и Украине, как «управляемые». Тем самым он следует теориям заговора, бездоказательно утверждающим, что сотни тысяч людей неделями протестуют, следуя не своему импульсу, а приказу Америки. Каким образом США могут мобилизовать такие массы людей за рубежом и почему они тогда уж не делают этого систематически — везде, где по-настоящему хотят смены власти, — остается неясным. Также неясным остается, почему «образ жизни, традиции и культура» таких стран, как Украина, не вяжутся с демократией и свободой. Следующий пункт критики, который на сегодняшний день, очевидно, разделяет население пострадавших стран, — это отсутствие успеха, беспорядок и хаос вместо ожидаемых улучшений. Однако то обстоятельство, что Путин верно описывает результат, вовсе не означает, что участники событий или же эксперты разделяют его оценку причин неуспеха. Мало того, Путин (опять же, упоминая арабскую весну) не предвидит возможности достичь «демократии и свободы». До протестов господствуют «тирания, нищета и отсутствие перспектив», после — «хаос и вспышки насилия». Множество примеров успешной демократизации за 1970–1990 годы, начиная с Южной Европы, продолжая Латинской Америкой и заканчивая Центрально-Восточной Европой, Путин оставляет без внимания.

Хайко Пляйнес

Подобный сценарий был реализован и на Украине. В 2004 году, чтобы продавить нужного кандидата на президентских выборах, придумали какой‑то третий тур, который не был предусмотрен законом. Просто абсурд и издевательство над конституцией. А сейчас бросили в дело заранее подготовленную, хорошо оснащенную армию боевиков.

Здесь Владимир Путин предлагает свою трактовку украинской «цветной» революции 2004 года. Вопреки его изложению, ход событий, во-первых, вполне отвечал конституции. После того как в ходе второго тура выборов президента обнаружили масштабные фальсификации, Верховный Суд постановил провести повторное голосование. Во-вторых, результат поддержали, собравшись за круглым столом, все политические силы, участвующие в выборах. Проигравший на повторном голосовании в 2004 году Виктор Янукович, между прочим, уже через два года стал украинским премьер-министром, а на следующих президентских выборах в 2010 году — победителем гонки. Если тут вправду «был реализован сценарий» (по логике Путина, видимо, силами США) по продвижению нужного кандидата, то возникает вопрос, почему так не делали постоянно. Последней фразой Путин совершает скачок в наши дни, комментируя протесты Евромайдана, а также, видимо, конфликт вокруг аннексии Крыма и военные столкновения, которые в тот момент нарастали на востоке Украины.

Хайко Пляйнес

Мы понимаем, что происходит, понимаем, что эти действия были направлены и против Украины, и России, и против интеграции на евразийском пространстве.

Путин обвиняет Запад в том, что, пользуясь правом сильного, тот действует против России, Украины и евразийского интеграционного проекта. Своим высказыванием Путин оправдывает российские действия в соседней стране и, что еще важнее, объединяет в единое целое Россию и Украину: обе страны стоят под ударом экспансивной и нелегитимной внешней политики Запада. В то же время Путин косвенным образом имеет в виду соглашение Евросоюза об ассоциации с Украиной, которое, по его мнению, должно было помешать Украине войти в Евразийский экономический союз (ЕАЭС). Региональная организация ЕАЭС, созданная с целью экономической интеграции по образцу ЕС и призванная укрепить чувство идентичности стран-участниц, являлась одним из центральных внешнеполитических проектов третьего срока Путина. Не было никаких сомнений, что Украина — с точки зрения российской элиты, «сердце Евразии» — вступит в члены ЕАЭС.

Анн-Софи Гаст

И это в то время, когда Россия искренне стремилась к диалогу с нашими коллегами на Западе. Мы постоянно предлагаем сотрудничество по всем ключевым вопросам, хотим укреплять уровень доверия, хотим, чтобы наши отношения были равными, открытыми и честными. Но мы не видели встречных шагов.

Напротив, нас раз за разом обманывали, принимали решения за нашей спиной, ставили перед свершившимся фактом. Так было и с расширением НАТО на восток, с размещением военной инфраструктуры у наших границ. Нам все время одно и то же твердили: «Ну, вас это не касается». Легко сказать, не касается.

Здесь Путин повторяет упрек в  адрес руководства США, якобы обещавшего Михаилу Горбачеву в рамках переговоров по объединению Германии не расширять НАТО на восток. Не говоря о том, что в 1990 году мало кто мог себе представить, что Советский Союз и весь Восточный блок так скоро распадутся, подобное обещание не зафиксировано ни в одном документе. Этот аргумент призван поддерживать дискурс, согласно которому США и НАТО не только систематически стремятся ослабить Россию, но и что якобы существовал генеральный-план расширения НАТО. В 1990-е годы сопротивление России расширению НАТО на восток было крайне незначительным. Американские власти не оглядывались на Россию, чувствуя себя победителями в холодной войне. Но российское руководство умалчивает тот факт, что страны Центрально-Восточной Европы и Прибалтики сами были заинтересованы вступить в НАТО и ускорить сближение с Западом.

Штефан Майстер

 <…>

Нам сегодня угрожают санкциями, но мы и так живем в условиях ряда ограничений, и весьма существенных для нас, для нашей экономики, для нашей страны. Например, еще в период «холодной войны» США, а затем и другие страны запретили продавать в СССР большой перечень технологий и оборудования, составив так называемые КОКОМовские списки. Сегодня они формально отменены, но только формально, на деле многие запреты по-прежнему действуют.

Начиная с 2014 года российское руководство пытается всячески завуалировать стоимость Крымской аннексии. Поэтому во всех официальных высказываниях политико-экономические обстоятельства санкций излагаются в искаженном виде. Во-первых, Путин в своих выступлениях не устает подчеркивать, что санкции практически не имеют отношения к украинскому кризису. Он призывает видеть в западных санкциях продолжение политики агрессивного сдерживания, которой Россия в ходе истории подвергалась всякий раз, когда она пыталась преследовать свои «законные интересы» на международной арене. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков недавно предложил перестать использовать термин «санкции», а говорить о «рестрикциях».

Во-вторых, российское руководство всячески пытается преуменьшить взаимосвязь между экономическими проблемами и санкциями, хотя санкции, казалось бы, могли послужить хорошим оправданием домашних проблем. Вместо этого санкциям приписываются многочисленные положительные эффекты: они якобы заставили Россию «включить мозги» и начать развивать  собственную экономику.

Янис Клуге

Словом, у нас есть все основания полагать, что пресловутая политика сдерживания России, которая проводилась и в XVIII, и в XIX, и в ХХ веке, продолжается и сегодня. Нас постоянно пытаются загнать в какой‑то угол за то, что мы имеем независимую позицию, за то, что ее отстаиваем, за то, что называем вещи своими именами и не лицемерим. Но все имеет свои пределы. И в случае с Украиной наши западные партнеры перешли черту, вели себя грубо, безответственно и непрофессионально.

В исторической перспективе идея о том, что столетиями проводилась политика сдерживания России, не выдерживает критики. Ведь на месте однородного блока «Западная Европа» существовали  мировые державы, которые, так же как и Российская империя, вступали в союзы, следуя собственным интересам, или разрывали их. Причем как раз в XIX веке Российская империя играла заметную роль среди европейских держав. Начиная с Венского конгресса (1814–1815) русский император сидел за переговорным столом Европы, участвуя в принятии важных решений. Путин проводит здесь линию между сегодняшней и исторической Россией, утверждая, что веками существовало несправедливое отношение к стране, и заодно подкрепляет примерами свое собственное историческое значение в связи с аннексией Крыма.

Штефан Майстер

<…>

Сегодня необходимо прекратить истерику, отказаться от риторики «холодной войны» и признать очевидную вещь: Россия – самостоятельный, активный участник международной жизни, у нее, как и у других стран, есть национальные интересы, которые нужно учитывать и уважать.  

<…>

Сегодня я хочу обратиться и к народу Соединенных Штатов Америки, к людям, которые со времен основания этого государства, принятия Декларации независимости гордятся тем, что свобода для них превыше всего. Разве стремление жителей Крыма к свободному выбору своей судьбы не является такой же ценностью? Поймите нас.

Верю, что меня поймут и европейцы, и прежде всего немцы. Напомню, что в ходе политических консультаций по объединению ФРГ и ГДР на, мягко говоря, экспертном, но очень высоком уровне представители далеко не всех стран, которые являются и являлись тогда союзниками Германии, поддержали саму идею объединения. А наша страна, напротив, однозначно поддержала искреннее, неудержимое стремление немцев к национальному единству.

Путин, конечно, делает ловкий ход, призывая немцев увидеть сходство между воссоединением Германии и процессом воссоединения России и Крыма. Вопросы воссоединений весьма деликатны — достаточно вспомнить Ирландию и Северную Ирландию, Тайвань и Китайскую Народную Республику, Северную и Южную Корею. Немецкий прецедент тоже был встречен не только с радостью, о чем не без оснований напоминает Путин. Итальянец Андреотти настолько ценил Германию, что охотно сохранил бы ее в двух экземплярах. Против объединения высказывались также Маргарет Тэтчер и Франсуа Миттеран. Так почему же обращение Путина к немцам — это палка о двух концах? Потому что ГДР не была аннексирована. Граждане ГДР восстали против диктаторского режима и подняли национальное знамя с лозунгом «Мы — один народ». Заявление о намерениях немцев ГДР лишь запустило процесс воссоединения. Затем последовали первые свободные выборы в ГДР (март 1990 года) и международные голосования, так называемый «план два плюс четыре», когда союзники одобрили объединение двух Германий. Только тогда Федеративная Республика Германия обрела суверенитет. Лишь 3 октября 1990 года, без малого год после падения стены, воссоединение совершилось. И совершалось оно на глазах у мировой общественности, абсолютно прозрачно. Итак, сравнение процессов объединений будет состоять главным образом из различий.

Тильман Майер

Уверен, что вы этого не забыли, и рассчитываю, что граждане Германии также поддержат стремление русского мира, исторической России к восстановлению единства.

Понятие «русский мир» подразумевает здесь этнических русских. Обычно оно описывает скорее культурное пространство, охватывающее восточнославянские и соседние народы и якобы сильно отличающееся от западной цивилизации. Эта фраза имплицирует, что русский мир (этнические русские) имеет легитимное право жить сообща в одном государстве — сначала в Российской империи, затем в Советском Союзе. Поэтому распад СССР воспринимается как катастрофа — русские больше не живут в едином государстве.

Существенное отличие от ситуации в Германии до 1989 года состоит, кроме прочего, в том, что тогда существовали два немецких государства. То есть речь шла не о немцах, которые живут на правах меньшинств в других странах, а о воссоединении двух государств, где живут почти одни немцы.

Томас Бремер

Я обращаюсь и к народу Украины. Искренне хочу, чтобы вы нас поняли: мы ни в коем случае не хотим нанести вам вред, оскорбить ваши национальные чувства. Мы всегда уважали территориальную целостность украинской державы, в отличие, кстати, от тех, кто принес единство Украины в жертву своим политическим амбициям. <…> Хочу, чтобы вы меня услышали, дорогие друзья. Не верьте тем, кто пугает вас Россией, кричит о том, что за Крымом последуют другие регионы. Мы не хотим раздела Украины, нам этого не нужно. Что касается Крыма, то он был и останется и русским, и украинским, и крымско-татарским.

Повторю, он будет, как и было веками, родным домом для представителей всех живущих там народов. Но он никогда не будет бандеровским!

Бандеровцами изначально именовались члены руководимой Степаном Бандерой (1940–1959) партии украинских националистов. Степан Бандера (1909–1959) был известным украинским националистом и партизаном. Он рано присоединился к «Организации украинских националистов», которая во время Второй мировой войны сотрудничала с Вермахтом. Фигура Бандеры неоднозначна: в России и на востоке Украины его нередко считают пособником нацистов и военным преступником. На западе Украины его зачастую прославляют как национального героя, так как он провозгласил самостоятельное украинское государство, за что был схвачен нацистами и отправлен в концлагерь Заксенхаузен. Термин «бандеровцы» (или вариант — «бандеро-фашисты») часто используется в окологосударственных российских СМИ огульно, как бранное слово в адрес критически настроенных к Кремлю украинцев.

Антон Химмельшпах

Крым – это наше общее достояние и важнейший фактор стабильности в регионе. И эта стратегическая территория должна находиться под сильным, устойчивым суверенитетом, который по факту может быть только российским сегодня. Иначе, дорогие друзья (обращаюсь и к Украине, и к России), мы с вами – и русские, и украинцы – можем вообще потерять Крым, причем в недалекой исторической перспективе. Задумайтесь, пожалуйста, над этими словами.

Здесь по умолчанию предполагается, что Украина — не суверенное государство и что как исторически, так и в плане политической власти, Украина не имеет права на Крым. Ставить под сомнение украинскую государственность — любимый мотив российских политиков и экспертов, хотя украинская государственность и украинское самосознание исторически развивались в течение многих веков. В словах Путина, кроме того, звучит мысль о важности сильной России для европейской стабильности. Только российский суверенитет в состоянии гарантировать стратегическое значение Крыма, говорит Путин. Это противоречит российской политике контролируемой дестабилизации в Восточной Украине и планомерного создания и поддержания зон слабой государственности на постсоветском пространстве.

Штефан Майстер

Напомню также, что в Киеве уже прозвучали заявления о скорейшем вступлении Украины в НАТО. Что означала бы эта перспектива для Крыма и Севастополя? То, что в городе русской воинской славы появился бы натовский флот, что возникла бы угроза для всего юга России – не какая‑то эфемерная, совершенно конкретная. Все, что реально могло бы произойти, это все то, что реально могло бы произойти, если бы не выбор крымчан. Спасибо им за это.

 <…>

Уважаемые жители Крыма и города Севастополя! Вся Россия восхищалась вашим мужеством, достоинством и смелостью, это именно вы решили судьбу Крыма. В эти дни мы были близки как никогда, поддерживали друг друга. Это были искренние чувства солидарности. Именно в такие переломные исторические моменты проверяется зрелось и сила духа нации. И народ России показал такую зрелость и такую силу, своей сплоченностью поддержал соотечественников.

Путин говорит о зрелости и силе духа нации. Эти понятия обычно применяются к личностям: отдельному человеку присуща зрелость или незрелость, духовная сила или отсутствие таковой, — но не группе людей. За счет переноса подобных понятий «нация» наделяется самостоятельным бытием, приобретает как бы личные свойства. Тем самым подчеркивается ее особое значение.

Любопытно здесь и выражение «соотечественники». Имеются в виду этнические русские за рубежом, то есть люди русской национальности, имеющие гражданство тех стран, где они живут. Русское слово означает буквально «принадлежащие тому же отечеству». В контексте понимания нации как некоего существа, имеющего как бы человеческие черты (нечто вроде характера) и потому заслуживающего особого уважения, — именно в этом контексте следует трактовать интерес России к этническим русским, проживающим в других государствах. Однако нации — не существа. Нации не имеют заведомо данных качеств, при разных общественно-политических обстоятельствах они должны всякий раз заново вырабатывать совместную жизнь своих членов.

Томас Бремер

Твердость внешнеполитической позиции России основывалась на воле миллионов людей, на общенациональном единении, на поддержке ведущих политических и общественных сил. Я хочу поблагодарить всех за этот патриотический настрой. Всех без исключения. Но нам важно и впредь сохранять такую же консолидацию, чтобы решать задачи, которые стоят перед Россией.

В ноябре 2013 года рейтинг доверия Путину составлял около 61%. После аннексии Крыма он, по данным Левада-Центра, на время подскочил до 89%. На этом фоне многие российские эксперты и журналисты заговорили о так называемом Крымском (Путинском) консенсусе. Поскольку, судя по разным опросам, в среднем 90% граждан приветствуют присоединение полуострова, это большинство совпадает с теми, кто одобряет и общий политический курс страны, — такова логика рассуждения.

Цементируется эта консолидация пропагандистской формулой «осажденная крепость». Россия, как утверждают окологосударственные СМИ, окружена русофобами, стремящимися с помощью санкций поставить страну на колени. Внутри осажденной крепости под именем Россия тоже есть враждебно настроенные люди — так называемые «иностранные агенты».

Многие эксперты считают, что конструирование этих образов врага призвано отвлекать от внутриполитических проблем и за счет «опасностей» создавать так называемого определяющего Другого — того, кто собирает народ за спиной президента. Однако с лета 2018 года ресентимент в отношении Запада, как следует из данных соцопросов, стал затихать. В частности из-за этого многие наблюдатели говорят о начавшемся распаде «Крымского консенсуса».

Антон Химмельшпах

<…>

Уважаемые коллеги!

Понимаю крымчан, которые поставили вопрос на референдуме предельно прямо и четко: быть Крыму либо с Украиной, либо с Россией. <…> Крымчане поставили вопрос жестко, бескомпромиссно, без всяких полутонов. Референдум был проведен открыто и честно, и люди в Крыму ясно, убедительно выразили свою волю: они хотят быть с Россией.  <…>

Вы знаете последние социологические опросы, которые были проведены в России буквально на днях: порядка 95 процентов граждан считают, что Россия должна защищать интересы русских и представителей других национальностей, проживающих в Крыму. 95 процентов. А более 83 процентов полагают, что Россия должна это делать, даже если такая позиция осложнит наши отношения с некоторыми государствами. 86 процентов граждан нашей страны убеждены, что Крым до сих пор является российской территорией, российской землей. А почти – вот очень важная цифра, она абсолютно коррелируется с тем, что было в Крыму на референдуме, – почти 92 процента выступают за присоединение Крыма к России.

Таким образом, и подавляющее большинство жителей Крыма, и абсолютное большинство граждан Российской Федерации поддерживают воссоединение Республики Крым и города Севастополя с Российской Федерацией.

Дело – за политическим решением самой России. А оно может быть основано только на воле народа, потому что только народ является источником любой власти. Уважаемые члены Совета Федерации! Уважаемые депутаты Государственной Думы! Граждане России, жители Крыма и Севастополя! Сегодня, основываясь на результатах референдума, который прошел в Крыму, опираясь на волю народа, вношу в Федеральное Собрание и прошу рассмотреть Конституционный закон о принятии в состав России двух новых субъектов Федерации: Республики Крым и города Севастополь, а также ратифицировать подготовленный для подписания Договор о вхождении Республики Крым и города Севастополь в Российскую Федерацию. Не сомневаюсь в вашей поддержке!


© Ниина Инто, Хельсинки

Томас Бремер — профессор богословия, работает в Мюнстерском университете, читает курсы по экуменизму, истории восточной церкви и мировым проблемам. В область его научных интересов входят православие в России, Украине и на Балканах, а также межцерковные отношения.

© Аннетте Ридл

Анн-Софи Гаст — научный сотрудник Центра восточноевропейских и международных исследований (ZOiS) и член редакции аналитических обзоров по Центральной Азии. Учится в аспирантуре по транснациональным исследованиям (Graduate School for Transnational Studies) Свободного университета Берлина, занимается проблемами интеграции Евразии и интересами российской внешней политики в Центральной Азии.

© личный архив

Ян Матти Долльбаум изучал политологию и славистику в Гейдельберге, Санкт-Петербурге, Майнце и Лондоне. С лета 2016 года учится в аспирантуре Исследовательского центра Восточной Европы при Бременском университете. Его диссертация посвящена политическим и социальным условиям развития протестного движения после масштабных волн мобилизации. Автор фокусирует внимание на локальных протестах в России.

© Давид Ауссергофер

Гвендолин Зассе — директор по научной работе Центра восточноевропейских и международных исследований ZoiS в Берлине, профессор сравнительной политологии Оксфордского университета.

© Stiftung Wissenschaft und Politik

Янис Клуге с 2017 года работает научным сотрудником Фонда науки и политики. В исследовательской группе по изучению Восточной Европы и Евразии занимается темами экономического развития России и граничащих с ней государств, вопросами российской внешней политики и экономических санкций. Учась в аспирантуре на экономическом факультете Университета Вриттена/Хердеке, исследовал политические риски для иностранных инвесторов, российскую неофициальную экономику, использование западных юридических систем в российском бизнесе.

© Университет Бонн

Тильман Майер в 2007–2017 годах был председателем Общества по изучению Германии. До 1989 года общество занималось «открытым германским вопросом», после 1990 года — проблемами объединения Восточной и Западной Германии. Защитил диссертацию по теориям наций.

© Дирк Энтер/ДГАП

Штефан Майстер руководит Центром имени Роберта Боша по изучению Центральной и Восточной Европы при DGAP (Немецкое общество внешней политики). Занимается темами российской внутренней и внешней политики, немецко-российских отношений, российской дезинформации и конфликтов в постсоветском пространстве. Выступает в качестве одного из составителей вышедшей недавно в Brookings press книги «The Russia File».

© Max-Planck-Institut

Кристиян Марксен руководит исследовательской группой в Институте сравнительного публичного права и международного права Общества Макса Планка (Гейдельберг). Занимается аспектами международного права при возникновении международных вооруженных конфликтов. Соиздатель выпускаемой Cambridge University Press серии «Max Planck Trialogues on the Law of Peace and War».

© Харалд Релинг/Университет Бремен

Хейко Плейнес — профессор сравнительной политологии, руководитель политико-экономического отдела Исследовательского центра Восточной Европы при Бременском университете. Основная тема его научных интересов – режим функционирования недемократических политических режимов, главный фокус — негосударственные акторы, от политической оппозиции до массовых медиа и экономической элиты.

© Stiftung Wissenschaft und Politik

Штеффен Халлинг — аспирант Исследовательского центра Восточной Европы при Бременском университете. Пишет диссертацию об украинских олигархах. Состоит членом Исследовательской группы по изучению Восточной Европы и Евразии фонда «Наука и политика».

© личный архив

Антон Химмельшпах — социолог и политолог. В качестве редактора отдела политологии проекта decoder курирует работу приглашенных академических экспертов, пишет информационные тексты и короткие статьи-комментарии («гнозы»).

© Университет Вена

Ульрих Хоймайсер с 2013 года работает научным ассистентом в Институте восточноевропейской истории Венского университета. В 2014 году защитил в Вене диссертацию по теме «Российские представления об имперской цивилизаторской миссии в Центральной Азии». В сферу его научных интересов входят история Российской империи и Советского Союза, история Центральной Азии начиная с XIX века, колониализм и колониальные теории.

© Аннетте Ридл

Регина Эльснер— специалист по богословию, с сентября 2017 года работает научным сотрудником Центра восточноевропейских и международных исследований (ZOiS). В Центре ZOiS Регина Эльснер ведет проект «Нравственность вместо мира», исследующий динамику русско-православной социальной этики после распада СССР.